укр       рус
Авторов: 405, произведений: 38725, mp3: 330  
Архивные разделы: АВТОРЫ (Персоналии) |  Даты |  Украиноязычный текстовый архив |  Русскоязычный текстовый архив |  Золотой поэтический фонд |  Аудиоархив АП (укр+рус) |  Золотой аудиофонд АП |  Дискография АП |  Книги поэтов |  Клубы АП Украины |  Литобъединения Украины |  Лит. газета ресурса
поиск
вход для авторов       логин:
пароль:  
О ресурсе poezia.org |  Новости редколлегии ресурса |  Общий архив новостей |  Новым авторам |  Редколлегия, контакты |  Нужно |  Благодарности за помощь и сотрудничество
Познавательные и разнообразные полезные разделы: Аналитика жанра |  Интересные ссылки |  Конкурсы, литпремии |  Фестивали АП и поэзии |  Литературная периодика |  Книга гостей ресурса |  Наиболее интересные проекты |  Афиша концертов (выступлений) |  Иронические картинки |  Кнопки (баннеры) ресурса

Опубликовано: 2007.12.09
Распечатать произведение

Евгения Бильченко

Не-Муза (трагифарс в 3 дествиях)

...не те слова –  все не то – (я, но – не Вам, – поняли?)...   М. Цветаева

Действующие лица:

Поэт

Муза

Не-Муза

Во время первого действия на заднем плане – очень тихо, едва слышно – звучит музыка Моцарта. Во время второго – чуть громче – любая FM-волна, включая новости, комментарии ди-джеев и рекламные ролики – чем естественнее, тем лучше. Во время третьего – полная тишина и только с последней картины – сначала тихо, потом все отчетливее – литургические мотивы.

Действие первое

Картина первая

Утро. Комната в стиле утрированного рококо. За увешанным пышной лепниной и алым бархатом окном – больной от потепления зимний день. На авансцене за черепашьим золоченым столиком – Поэт в джинсах и джинсовой рубахе, явно диссонирующими с обстановкой.
Поэт (ерошит аляповато-морковные волосы и с размашистой увлеченностью пишет письмо, проговаривая написанное вслух):

«Мама! Мамочка! Родная!
Все – путем. Кум королю.
Ты же знаешь, ты же знаешь
То, как я тебя люблю.

Друг пригрел меня на время:
Хата – блеск!

С удовлетворением осматривается.

В душе – подъем:
В день – по пять стихотворений
О чужом и о своем.

С первым скорым вышлю деньги...»

Останавливается, замахиваясь шариковой ручкой на бумагу.

Стоп, дружище, погоди!
Ври, раз врешь, но знай пределы:

От всей души зачеркивает последнюю фразу и пишет заново, вполне довольный собой.

«Деньги будут: подожди!»

Бросает ручку и – бросается к окну. Настроение – опрометью – от лихости к меланхолии.

Поэт:

Снег... Земля стекает талая
На усталое стекло...
Снится девочка-Италия
В абрисе колоколов...

У березок зябнут талии,
Выструнились провода...


Картина вторая

В комнату на цыпочках впархивает – именно впархивает, несмотря на аппетитную полноту – Муза. Она – белозубая, загорелая, в алом – под стать гардинам – перехваченном в талии платье, с «классическим» алым же цветком в иссиня-черных волосах. Муза, не замеченная Поэтом, подкрадывается к нему со спины и кошачьими лапками прикрывает ему глаза.

Поэт (встрепенувшись):

Девочка моя? Италия?
Ты? Пришла?..

Муза:
         
Вот елки! Да!
                         
Здесь и далее ее жаргонизмы и  грамматические ошибки акцентированы.

Ты же дал свою мобилу,
Дом, квартиру... Типа «Жду!»
Седня мимо проходила:
«Дай-ка, – думаю, – зайду».

Поэт (с восторгом):

Милая моя! Цветочек!
Богом выращенный друг!

Неловко растопыривает руки, пытаясь ее обнять.

Муза:              

Эээ... давай без многих точек
И, тем более, без рук.

Поэт (исправляет):

«Многоточий»...

Муза (очевидно, не слушая):

Дома строго:
«Прижиманцы» – через загс.
...По дороге – всю дорогу –
Пел, какой ты весь казак;

«Мне, – звонил, – по барабану,
Где Ирпень, а где Париж...»
Мать права была: ты спьяну
Девке зубы говоришь!

Поэт (с шутливой безнадежностью):

«Заговариваю», счастье!
«Заговариваю»...

Муза:

Шо ж?
Я гимназьев не кончала,
Но меня – не проведешь!

Поэт (любуясь, подходит к ней)

Нежная моя! Мой свете
Запредельный... Май – и мак!
За тебя Земля в ответе,
Небо от тебя с ума

Сходит... Я тебя не стою.
Ты – начало из начал.
Дай мне зимнею фатою
Нас сегодня обвенчать!

Молниеносно – жестом фокусника – выдергивает из-за пазухи фату, набрасывает на нее и отступает, как перед картиной, молитвенно сложив руки. Затем, не в силах сдержать восторга, падает перед ней на колени. От неожиданности Муза испуганно вскрикивает – крик ее переплавляется в сладострастный стон, -  она валится прямо на него. Занавес.


Действие второе

Картина первая

День. Кухня в стиле обшарпанной «хрущовки». Посередине – покрытый грязной клеенкой массивный стол, на котором по-царски устроился новехонький компьютер. За столом – Поэт. На нем – все тот же джинсовый, но уже изрядно потрепанный наряд.

Поэт (робко поглаживая края плоского монитора):

Инструмент, достойный Мастера,
Скушал премию мою...
Хоть немного информации
От Христа по ICQ...

К компьютеру:

Ничего, браток, управимся:
Образуется к весне;
Вдаль потянутся журавлики –
Будут плакать обо мне;

Будут плакать – снег оплакивать,
Литься ливнем до утра;
Вспомнят, как на блюдце лакомом
Стыла юность; как вчера

Солнце по сугробам бегало,
Как по лужам, босиком.
Сверху небо – черно-белое
Сладко пахло молоком.

Жизнь – это дело случая:
Нынче – здесь, а завтра – там...
Что же мы друг друга мучаем? –
Надо радоваться нам!


Картина вторая.
В комнату, переваливаясь, входит изрядно раздобревшая Муза.  Она – в красном домашнем халате, по фасону пародирующем былое платье. Вообще, весь ее облик – гротескная копия самой себя в юности. В руках у Музы – громадная «мультипликационная»  поварешка, через плечо – кухонное полотенце, волосы неловко острижены и накручены на папильотки.

Муза (подходит к столу и смачно шлепает перед лицом Поэта стопкой квитанций):

Радуйся! В карманах – дыры:
Рад Емелюшка у нас!

Поэт (торопливо копаясь в брошенном):

За каналы, за квартиру,
За И-нет, за свет, за газ...

Муза:                

Это, не забудь, без платы
За пальтишко для малой;
А вторая, – нет с ней сладу,
Все на ветер...

Поэт (в сторону, раздраженно):

Вечно злой
Бегает, чуть встав...

(заученно)

Ты ж знаешь
То, как я тебя люблю.
И девчонок... Ну, родная!
Все – путем: кум королю.

Муза:              

Может, ты и кум: в больнице
Сумасшедшей все – родня.
Только мне съестное снится...

(Замечая компьютер, осекается и распахнуто вдыхает, как перед прыжком)

Чтооо?! «Полцарства за коня»?!

Ты таки купил? На ту, что
Выдали в Союзе?!

Хватается за сердце, плюхается на табуретку.

Ох!
Достоевский! Зара... (с запинкой) ... туштра
Хренов!

Поэт (с упреком):

Детка!

Муза (холодно, овладев собой):

Чтоб ты сдох.

Жить с тобой – невыносимо
Даже ангелам в раю;
Вспомни: мало я сносила
В юность бедную свою?

Мы сластей не покупали –
Вспомни! – даже к Рождеству!
У девчат туфлей по паре
И духи – одни на двух!

Поэт (машинально):

“Туфель», «на двоих»...

Муза:                

Плевала!
Я – старуха прежде лет:
Зеркало рычит с оскалом, как
Зверюга, мне в ответ.

(с ненавистью)    

Клоунские твои пасма!
Это, думаешь, легко,
Знать твоих смазливых пассий,
Имитировать покой,

(уже плача)

Делать морду безразличной
На ухмылки за спиной...
Лишь бы соблюдать приличья!
В ночь любиться с тишиной,


Потому что «муж» - в разъездах
И, похоже, ни с  одной!
Я бы сдохла, если б, если б
Дети не были со мной.

Поэт (бурно раскаиваясь):

Боже мой, какими стали
На закате я и ты...
Девочка моя! Италий
Отошедшие цветы!

Ну, прости меня... Родная!

(обнимает ее, плачущую, поглаживая, утешая)

Будет-будет... Все – путем.
Я других таких не знаю,
Королева!

Муза (всхлипывая с игривой жалобностью, как в былые времена, по очереди указывает на свои правую и левую щечки):

Цем и цем!

Поэт без особого энтузиазма целует ее в обе щеки, отходит, садится к столу и начинает снова изучать свое сокровище, напрочь, по-видимому, забыв о ней. Муза, щедро раскинув руки для объятий, хватается за воздух и так застывает. Занавес.


Действие третье

Картина первая

Ночь. Комната в нарочито готическом стиле, на фоне которого в углу, как бельмо на глазу, фосфорится монитор компьютера. В полосе отбрасываемого им света появляется Поэт – в черной рабочей одежде, похожей на робу. Если бы не копна волос, золотым нимбом обволакивающая голову, он бы совсем сливался с комнатой и ночью.

Поэт:                

Ночь, как нож, верлибром режется.
Может, ну ее к чертям,
Неразумную, небрежную
И святую, как дитя?!..

Бог! Пошли хоть горстку соли мне:
Между рук – одна вода...
Ночью мы обычно ссоримся
С Ним... Ведь Он – мой ближний, да?

Запрокидывает голову, будто прислушивается.

Да? Ответа нет... и некуда
Выплакать глазное дно...
Ночь проклятая! «Онегины»
Все написаны давно.

Садится на стул перед монитором и, принимая «каноническую» позу, в отчаянии обхватывает голову руками.    

Картина вторая

В комнату, тихо ступая, входит Не-Муза. Она тоже – в темной мужской робе и брюках, с таким же апельсиновым шаром вокруг головы. Внешне очень похожа на самого поэта: высокая, подростково-худощавая, предсказуемо-нескладная.

Не-Муза (подражая интонациям Поэта):

Все написаны, разметаны,
А, казалось, все могу;
А хотелось – просто меду мне
Да ромашек на лугу.

А хотелось просто Музою
Быть, и чтоб любил Поэт...

Поэт:                

Кто ты? С Голосом, как музыка...

Не-Муза:        Я – твое второе «Нет».

Поэт:              

Это, видно, с перепоя мне
«Чертики»... Весь день трясло...
Завтра я уеду поездом –
Через Бытие – в Село.

Чесслово...  Я же сдохну здесь,
В адском городе камней.
Вон, явилась мне недобрая,
Что прикажешь делать с ней?

Может, кофе?

Не-Муза:        
Нет.

Поэт:                  

Топорщится!
Эка невидаль! Так сгинь!
Мне молитвы плохо помнятся...

Морщит лоб, силясь вспомнить детские первообразы.

«Отче наш, иже...»

Не-Муза (отрезая): Аминь.
 
Не гневи Господних сумерек:
«Падший ангел» – старый штамп.
Я – не ведьма. Я до судорог
Ангелов познала Там.

Знаю: ждал иную, вешнюю,
Краснощекую змею,
За которую не вешают,
Даже если засмеют.

Ту, восставшую из мусора
Рафаэлевую страсть –

Музу...

Поэт (в ярости, словно прозрев):

Музу, Музу, Музу мне!
Музу, чтобы я украсть

Мог у Вечности Мгновение:
Бездна. Гете. На краю
Я, развеянный и ветреный,
Словно девочка, стою.

Музу!

Не-Муза (с неожиданной неуверенностью, очень по-детски):

Волосы...

На расстоянии, робея, протягивает руку к голове Поэта и округляет в воздухе поглаживающий жест.

А я тебе?..
Разве в Музы не гожусь?

(в забвении саморекламы)

Я умею плакать ямбами
И равняться по ножу!

Поэт:                    

Ты? Служить? С такими жестами?
Гений Слова!

(с усилием)

Младший брат
Мой по вере! Ты – не женщина
(Оттого тебе и рад).

Ты – мое сплошное зрение:
Гений Крови и Зрачка.
Стихо-белое-творение,
Белый свет издалека...

Продолжает, увлекшись собственной речью и не замечая, что Не-Муза ушла.


Страшен стихотворный промысел:
Сканнер сердца. Факс висков.
Я б тебя увешал розами,
Поэтесса! Из какой

Ты страны?

Оглядывается, мгновенно теряется.

Ушла... Обиделась...
Тоже мне, фанфан-тюльпан!
Мы всего с минутку виделись:
Не хватало, чтоб запал

На мальчишку в юбке... Ангела,
Жившего назад лет сто...

Подходит к монитору, задумчиво водит «мышью».

Ремесло сойдет за алиби:
Написать ей, или что?

Садится за компьютер, открывает e-mail и обнаруживает в нем письмо.

(Радостно)

Написала! Что же, что же там?
Прочитаем (читает):

«Завтра свет
Змием заползет под кожу нам,
Да, и, кстати, я – Поэт,

А не поэтесса...» Смайлики...
Детский сад! Ей сколько лет?!
Это мне пристало маяться,
Потому что я – Поэт,

А не ей. За пальму первенства
Умирали не шутя.
Девочка моя напевная!
Наглое мое дитя!

Не отвечу ей. Не следует.
Унижает нагота.
Душ родство – слепое, левое,
Словно снятое с креста

Встает и начинает маятником ходить по комнате.

Душ! Не тел. Сократ, Иешуа,
Галилей... Священный бред
В Иерусалим приехавший
На ослиной на заре.

Это ли Любовь? Меж пропадом
И погостом? Между мной
И моею ровней робкою,
Одинокой  и родной,

Потому что мы сравнялись с ней...
Надобно признать, что так.
Зря, выходит, с ямбом нянчился,
Продавался за пятак...

Зря. Она же все предвидела,
Словно линиями рта,
Зачеркнула: ведьм, идолов,
Вас, земная красота

Музы – ласковой возлюбленной
Ночи ядовитый стон...
Нет! Всему виною – лютики:
Я в Джульетту не влюблен.

Напишу, что не Ромео я...

Стремительно, как бы боясь передумать, прыгает к экрану и начинает стучать по клавиатуре.

«Вы прекрасны, спору нет,
Вас Другой попросит: «Merry me» –
Он, конечно, не Поэт.

Так удобнее, так правильней:
У меня – семья, профком,
Двое дочек... Вам понравилось
Их вязание крючком?»


Вот и все. Адью. И спать давно
Очень хочется...

Подходит к окну, задергивает шторы, сквозь которые просачивается тощая белизна раннего утра.

Рассвет...

Валится на кровать, продолжая, сквозь полудрему, бормотать:

... Падали с Тобою, падали
В Новый, Господи, Завет...

Картина третья

В комнате становится совсем светло. Погасший монитор пялится черной дырой. Из-под задернутых штор бликами струится заря, окрашивая интерьер оранжевой светозарностью, словно превращая его в осенний сад. Вдали – едва слышный колокольный трезвон. На сцене появляется одетая в женское Не-Муза. Она вся в белом. Волосы ее сияют огнем. Теперь она похожа на ангела Благовещения.

Не-Муза (подхватывает с ритуальной ритмичностью, как на богослужении):

Падали с тобою, пропасти
Испивая на ходу;
Радовались детской робости
Старых яблонек в саду;

Бегали с тобою тропками
От Эдема и назад;
Стали, как деревья, робкими,
Стали детскими, как сад.

Я тебя любила: раньше всех;
Так долбить в малинник брешь:
Не протянешь – не поранишься,
Не поранишься – не съешь.

Сад мой!
Брат мой!
Брут мой!
Броде мой!
«Брод» и «бред» – читай, одно;
Ты – моя вторая Родина,
У которой все равно

Не испросишь доброй памяти:
Слишком тесно на пути.
Падали с тобою, падали...

Поэт (громко, во сне):

Мама! Мамочка!

Не-Муза:                

Прости.

Подходит к окну, двумя руками – соколиным жестом – разрывает шторы. В комнату полной грудью вливается поток спелого, густого солнца.

Занавес.

2007
Киев

... Поначала писала пьсу в стихах о себе. Задумала одно действие. Потом мой близкий товарищ сказал мне: "Очень надрывно: слова автора не соответствуют по нейтральности бурным эмоциям персонажей". Решила, как говорил один советский киногерой, "превратить молитву в фарс", добавив бытовщины и комизма, так как терпеть не могу пафоса. "Награфоманила" еще 2 дествия и поняла, что героиня здесь не при чем: главным героем оказался Поэт (спасибо, кому-то, кто дошел до комментария, что его хватило на просмотр вещи такого - "сорок второго" -размерчика :).

© Евгения Бильченко
Текст выверен и опубликован автором

Все права защищены, произведение охраняется Законом Украины „Об авторском праве и смежных правах”

Написать отзыв в книгу гостей автора


Опубликованные материали предназначены для популяризации жанра поэзии и авторской песни.
В случае возникновения Вашего желания копировать эти материалы из сервера „ПОЭЗИЯ И АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ УКРАИНЫ” с целью разнообразных видов дальнейшего тиражирования, публикаций либо публичного озвучивания аудиофайлов просьба НЕ ЗАБЫВАТЬ согласовывать все правовые и другие вопросы с авторами материалов. Правила вежливости и корректности предполагают также ссылки на источники, из которых берутся материалы.

Концепция Николай Кротенко Программирование Tebenko.com |  IT Martynuk.com
2003-2017 © Poezia.ORG

«Поэзия и авторская песня Украины» — Интернет-ресурс для тех, кто испытывает внутреннюю потребность в собственном духовном совершенствовании