укр       рус
Авторов: 405, произведений: 38642, mp3: 330  
Архивные разделы: АВТОРЫ (Персоналии) |  Даты |  Украиноязычный текстовый архив |  Русскоязычный текстовый архив |  Золотой поэтический фонд |  Аудиоархив АП (укр+рус) |  Золотой аудиофонд АП |  Дискография АП |  Книги поэтов |  Клубы АП Украины |  Литобъединения Украины |  Лит. газета ресурса
поиск
вход для авторов       логин:
пароль:  
О ресурсе poezia.org |  Новости редколлегии ресурса |  Общий архив новостей |  Новым авторам |  Редколлегия, контакты |  Нужно |  Благодарности за помощь и сотрудничество
Познавательные и разнообразные полезные разделы: Аналитика жанра |  Интересные ссылки |  Конкурсы, литпремии |  Фестивали АП и поэзии |  Литературная периодика |  Книга гостей ресурса |  Наиболее интересные проекты |  Афиша концертов (выступлений) |  Иронические картинки |  Кнопки (баннеры) ресурса

Опубликовано: 2009.08.11
Распечатать произведение

Евгения Бильченко

СтанИслав Постмодерный

 Моей Родине посвящается

                                     
Пролог

Ветер веером веет… Разлет бровей…
Уезжаю в Станислав – от всех любвей.
На цементе оставив чужое счастье,
Отползаю на Родину – по брусчатке.

Надоела столица, страницы «Vogue»…
Уезжаю в Станислав – от всех тревог:
К предкам, паводкам, павам, панам, потомкам…
Уплываю на Родину, как «Потемкин».

В темных пролежнях ночи – рассветный свет.
Уезжаю в Станислав – крылом в рассвет.
Сера будней, таящая газ соблазнов…
Улетаю в озоновый первопраздник!

Отгрызаю, как пес, кожуру оков…
У вагона из Киева во Франковск
Моя любка стоит в облаках, как в шапке:
«Чуєш, Жень, я живу твоїми віршами!».

Мне же больше – ни с кем, никогда, нигде…
Не умеющей плавать спиной  – к воде.
Сердцем – к солнцу.
И к Боженьке – каждой частью…

Умираю на Родину – попрощаться.



1. Западная Украина

Кто невиновен, – тот виноват.
Если болит, – исцелю рукой.
Каверзный, чопорный униат
Носит вселенский в глазах покой.

Замок столетний сто лет стоит,
Переплавляя кирпич на свет;
Мраморный зал, как иезуит,
С ходу двузначный дает ответ.

Дробь черепичная – лед к виску.
Ропот брусчатки – душа рысцой...
Улицы сжали по кулаку,
Чтобы ударить – себя – в лицо.

Что нам традиция?
Что семья?
Переносными растем детьми...
Родина!
Маленькая моя!
Бедная нэнечка!
Обними!


2. Квартира

Стою у квартиры, где некогда жили предки,
И нежно, истошно вчувствываюсь в их запахи…
Душа – в решете, как big board после перестрелки;
Наручники так изящны, что въелись в запонки.

Другие живут спокойно – я не умею.
Цветы полевые полюс нашли без компаса…
Со свалок годов, сквозь дверь, озираю мебель,
Которой были надышаны эти комнаты.

Любовью, как ртутной рутой, травлюсь – спасите!
(Так: «Мамочка, дай!», – когда подвели товарищи…) –
От глянцевых лиц в богемной «Арене-Сити»,
От липкой ликерной патоки торта «Айриша».

Дырявые крыши, – словно мишень без тира.
Размером с планеты – бреши на платье памяти…

А новые люстры на небесах квартиры –
Бессмысленны и стабильны, как штампы в паспорте…

3. Месса

Ведь это – моя жизнь… Моя, моя!
И этот поезд коричневый – мой.
И крик бездомного соловья
В бездушной сутолоке немой.

Осколок костела – и свет, и свет…
Латынь – языковый нетленный труп.
Вопрос, таящий в себе ответ –
Бездумный лепет безумных губ…

К молящимся жмущиеся уголки –
И старческие, сухие
Из них взметнувшиеся
Две руки –
Юношеская стихия.

Рыжая ведьма Средневековья…
На площадке склепа –
Дискотека травы.
Это мой крик... Знакомьтесь,
И не надо меня на «Вы»…
                                     

4. Утопленница в Быстрице*

Всего-то делов, – что кладбище, да река,
Да струйкой кагора молодость вдоль виска…
Над раненым небом – поле. Над полем – крик.
На талии у воды – валуны вериг.

Не шах и не мат – наш жребий, а пот и пат.
Так, лоб запрокинув, всходят кресты Карпат, –
Да так высоко, что кажется мне порой,
Что это Христос четырежды стал горой.

А где-то поэты едут на фестиваль:
Тусовочно глянцевеет попсовый шарм;
Всего-то делов, – а только разбиться в даль:
На дробную гальку выкрошив земной шар.

В себя возвращаюсь – медленно, налегке –
С запекшейся Евхаристией на виске.
Стоячая скорость – в каждой второй волне…

Я видела эту девочку – там, на дне.


5. Шашлык


Тают надежды – горит душа:
Пламя с водой не смешиваются…
Господи, как же ты хороша,
Дура моя помешанная!

В старой шашлычной – мангал и мрак:
Бредит шаман жаровенки…
Время – языческая «мара»,
Годы с шампура ровненькие…

Ровен наш срок, да не равен брак:
Смесь крапивы и щавеля…
Девочка-горец, безумный брат,
Завтра мое прощальное!

Горечь калины и коньяка –
Спица в колесном ободе…
Сеял мгновенья – взошли века:
Что соберу, то Бог один…
                   


6. Бандеровец («Белая птица с черной отметиной»)
                       
Речи – реки – о главном.
Рот закрой свой!
Обманешь!
Будь ты хоть православный,
Будь ты хоть мусульманин.

Зрачки – робкое горе
От потребности в боли.
Ты живешь среди гор и
Равнинных раздолий.

Башка дороже не стоит:
Хватит грезить о нимбах!
...Потому и жестоко,
Что безумно ранимо.

Слишком хрупкие вены:
Сердце явно в нагрузку.
Ты рождаешься венгром,
А сдыхаешь, как русский.

Молью драное знамя.
Муж чужой в подворотне...
Родной!
Учую, узнаю,
Узрю я тебя из сотни!

Ты весь – что сильный, что слабый –
Не мой,
Как эти деревья.
Что ж,
Выйду к тебе на сабаш
На глазах у деревни...

7. ЧСВВ**
                        «Дякую тобі, Боже, що я не москаль!»
                                                (надпись на футболке)

Бандуры, Бандера, гены нагие,
Битая скорлупа…
Жидкая глина, в глине – могилы
Вояк из ОУН-УПА.

Трагедия смертных имен… А хочешь,
Твое помяну в гробу?
Еще не родились ни Андрухович,
Ни "Бу-ба-бу"…

Яблоко выцветшее упало
В горстку песчаных свеч…
Давай, полюби меня, панэ Степанэ,
За мою москальскую речь!

Мы – не русские и не янки:
Мы – сами себе одни!

… И только над монастырем василиянок –
Тихо, как в оны дни…
                                                 
8. Гефсиманский сон

Раздроблен слон на слоников мещан.
Дрожит разгоряченная брусчатка.
Тоска – вполне простительная часть
Чужого непростительного счастья.

А, в общем, все ОК. Вчерашний дух
Преображен в сегодняшнее тело.
Любовь с любовью… жизнь – одно из двух.
И клином клин. И – головой об стену.

По очереди каждый клен распят.
Молчит корова, испугавшись насмерть.
Все спит кругом, – лишь горбики Карпат
Идут по шпалам и плюют на насыпь.
                                       
9. Волк

… Я помню, это был ты:
С винтовкой наперевес.
Ни дать и ни взять:
Полковник,
Похеривший свой полк.
На глазах – слезы,
На груди – крест.
В нагрудном – сердце, корка
Табак да иконка…
На предплечье – наколка:
Волк.

Волчий головорез.
Вечный – наперерез.
Герой-перевес, с горой-недовес-
ком на шее – убогий Крез.

Все-то его богатство –
Сучья да листья –
Глянь, водопад несет!
А жизнь – сучья:
Богу молиться,
Матом ругаться –
И все.

Некоронованный господин:
Нежность, вздыбившаяся в ярость…
А помнишь, я ушла тогда с жителями равнин,
Потому что очень тебя боялась?

И ты, срываясь с каменной бровки,
Скакал за мной вслед –
Спиной к водопаду…
А на небе – синей татуировкой –
Скалились
Загнанные
Карпаты…

10. Корона

Это как если бы принца Датского короновали в самой Дании:
После серии отражений – возращенье в родимый Амбер***:
В Юрия Андруховича подарочные издания;
В детей, рисующих на асфальте синие с желтым амфоры…

С пристальной зоркой длительностью, с которой глядят в костер, –
Глагольной формой «Continuous» – в учащающемся процессе –
Аляповатыми вывесками лепится постсовременный стеб
На серые мшистые спины австрийского сецессиона.

Снова живу по неписанному закону нищего короля…
У Христова распятия дремлет – с охранительным жестом – Будда…
И дождь распускает горячие руки: «Файно, бля!..» –
В голубое прохладное озеро нимфеточек-незабудок.

Шире и шире, во весь опор, расправляется белый свет…
Невестиным платьем на простыне трепещут нервные дали…
Это тот самый – на все вопросы вопрошающий – ответ:
Страна свиданий моих, страна-до свидания, страна дальняя, страна-дай меня –
Дания.


11. Мера веса


Что в Копенгаген, что на Чоп:
Ползти на свет по темным тропам…
Поэт – ахматовский дистрофик,
Горе подставивший плечо.

И, кажется, не хватит гирь,
Чтоб уронить и покалечить,
Когда на узенькие плечи
Ложится мировая ширь.

Но ветер свеж, и свод высок,
И чуть горчит шашлык в колыбе…
Ложатся – пухом, а не глыбой –
На плечи Родина и Бог…
                               9 августа 2009 г.


Эпилог

На вербе распустились – котики.
На майдане тишайшем – готика.
Притаившись, застыла ратуша.
Тает дождик каемкой радужной.

Мимо – зонтики. Мимо – дамочки.
Я к костелу прижмусь, как к мамочке.
Я такая ж  – худая, голая
И с таким же поляцким гонором.

Говорочком гортанным улица
Над старинным крыльцом сутулится.
В ней Станислав Потоцкий – ропотом.
Кофе с медом стоит – нетронутый.

Небо низкое – ниже некуда –
На кавьярни спустило невод свой.
Кофе с медом стоит – нетронутый:
Я вернусь к тебе, моя Родина!

Только жди.

                     

                                2006, 2008, 7-9 августа 2009 г.
                                Ивано-Франковск-Киев

2009

* Название реки.
** ЧСВВ - Чин Святого Василия Великого.
*** Амбер - фантастическая страна-первообраз, относительно которой все остальные являются "отражениями" (по роману "Хроники Амбера" Р. Желязны).

© Евгения Бильченко
Текст выверен и опубликован автором

Все права защищены, произведение охраняется Законом Украины „Об авторском праве и смежных правах”

Написать отзыв в книгу гостей автора


Опубликованные материали предназначены для популяризации жанра поэзии и авторской песни.
В случае возникновения Вашего желания копировать эти материалы из сервера „ПОЭЗИЯ И АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ УКРАИНЫ” с целью разнообразных видов дальнейшего тиражирования, публикаций либо публичного озвучивания аудиофайлов просьба НЕ ЗАБЫВАТЬ согласовывать все правовые и другие вопросы с авторами материалов. Правила вежливости и корректности предполагают также ссылки на источники, из которых берутся материалы.

Концепция Николай Кротенко Программирование Tebenko.com |  IT Martynuk.com
2003-2017 © Poezia.ORG

«Поэзия и авторская песня Украины» — Интернет-ресурс для тех, кто испытывает внутреннюю потребность в собственном духовном совершенствовании