Мы вчерашних картошек не греем.
Мы к закату взмываем над гребнем
световой кровенящей границы –
там, как прежде, дежурят горнисты.

Мы давно попрощались с прогрессом,
в коем даже не стоит переться
к намалёванной швабрами славе
при махровом кондукторском лае.

Нас, наверно, десяток неполный.
Наше топливо – плавленый гольмий,
синтезируемый из магнитов
всяких Бернов, Парижей, Мадридов...

Наш цемент – не клеймо в документе.
Ангел скорости зорко подметил,
что какое бы ни было племя –
череп черепу брат в гермошлеме.

Просто мир есть намного уютней,
где не видно туземных адъюнктов
возле парня в свободном полёте
в десяти сантиметрах от плоти.

Где не встроились черти и боги
в сны, реальность и видеоблоги –
оттого там летать не боишься
над ночным самосевом маиса.

Было время – гоняли всем миром
нас за хлебом, кефиром, пломбиром...
Вон взгляни: в башмаках ходят драных
и пилотскую поросль не дразнят.

Про террасу с кривой ножкой кресла
нам, конечно же, неинтересно.
Может, вечные льды в том виновны;
может, паж да возница Юноны.