укр       рус
Авторов: 399, произведений: 37729, mp3: 330  
Архивные разделы: АВТОРЫ (Персоналии) |  Даты |  Украиноязычный текстовый архив |  Русскоязычный текстовый архив |  Золотой поэтический фонд |  Аудиоархив АП (укр+рус) |  Золотой аудиофонд АП |  Дискография АП |  Книги поэтов |  Клубы АП Украины |  Литобъединения Украины |  Лит. газета ресурса
поиск
вход для авторов       логин:
пароль:  
О ресурсе poezia.org |  Новости редколлегии ресурса |  Общий архив новостей |  Новым авторам |  Редколлегия, контакты |  Нужно |  Благодарности за помощь и сотрудничество
Познавательные и разнообразные полезные разделы: Аналитика жанра |  Интересные ссылки |  Конкурсы, литпремии |  Фестивали АП и поэзии |  Литературная периодика |  Книга гостей ресурса |  Наиболее интересные проекты |  Афиша концертов (выступлений) |  Иронические картинки |  Кнопки (баннеры) ресурса

Опубликовано: 2011.03.16
Распечатать произведение

Ольга Брагина

***

Можешь меня забыть, мой красавчик Пашка, потому что тулузскому поэту Бодуэну де Куртене нужна моя кровь. Ты говоришь – нельзя так в лоб писать, к счастью бьется чашка, и ты самое лучшее для чтения приготовь. Самое само – пощечина нашему вкусу, всё окутано вечностью, узы брака крепки, а я куплю себе черную юбку, белую блузу, и в рот наш, алчущий кротости, катятся колобки. Первый колобок говорит – я убёг от всех, не растлился, стал похож на Фредди Меркюри не самой лучшей поры, если хочешь мира, готовься к чему-нибудь, раз родился, хомячки из белой финифти вылазят к нам из норы. Раз ты поранил палец об этот терновник, ты мой родной навеки, ты мой теперь единственный, никому тебя не отдам, первое производное отправит нас в человеки, высшее производное отправит нас в Амстердам. Ну Одноглазка любит себя, запивает всё лазолваном, потому что роговица глаза должна смачиваться и твердеть, а ты никому не нужен тут в мире простом и пьяном, и я если что-то выдумать смогу, то на что мне клеть – пьем свое «Амаретто», паленое в девяностом, разлитое по сусекам и вылитое в нутро, наша родная родина обозвана тут погостом, но наша родная родина – киоск-травмапункт-метро. И если ты меня любишь, напиши хотя бы два слова, не то чтобы мне чужое место хотелось бы так занять, а просто хочется руку твою молча погладить снова, и смску  твою получать непременно в пять. Конечно вся эта история – притча тут во языцех, хотя тебе и неловко, но втайне гордишься ты, что можно кроссворды разгадывать о патоке и лисицах и незнакомым девушкам с клумбы срывать цветы. Бедная-бедная ветреность толкает меня к кому-то, кого я не предполагала еще минуту назад, а после этого минует бедных еще минута, а после этого минует бедных просторный взгляд, и мы никогда не встретимся, не будет казаться Маше (последнее только для рифмы, чтобы кто чего не сказал), что есть чудеса законные, есть чудо иного краше, но ты всё равно сподобишься измыслить для нас вокзал. Бедная-бедная преданность тянет к тебе как губку, совсем не из чувства долга, а разве такая плоть была у меня когда-нибудь, я просто бросала трубку, мы все – человечней некуда, пороть бы нас и пороть. Я знаю, что всё это – многословие, не умею остановиться, и вообще ничего не умею – за что ты меня любил, да и не любил ты меня вовсе – песочница, вечер, Ницца, для описания нашего прошлого где мне набраться сил. Да и не любил ты меня вовсе, а просто водил обманом по кольцевой до закрытия, а дальше – куда-нибудь, раз человек рад обмануться, в смешном и пьяном есть какая-то истина, и никуда свернуть теперь у нас не получится, бывшее сделать небывшим можешь пытаться в памяти – ну что я тебя учу, лучше родиться заново с чьим-то именьем бывшим, и остальные прихоти будут нам по плечу. Мама моет раму, родина строит козни, те, кого ты любишь, пишут другим стихи, в этой структуре искорки национальной розни или истерик бунинских водки и шелухи. Ну кто ронял тут столько семечек, строил тебе препоны, обещал купить подлинник Ван Гога и сдать всё в рост, купили себе маршрутку мы и ездили без короны (простите за многословие – ну мир ведь совсем не прост). Могу писать еще на двести страниц, как я по тебе скучаю, и что ладно, бегай за разными тетками – я тебе всё прощу, потому что тебя никто не спрашивает, что ты купил нам к чаю, не определяет атмосферное давление по плащу. Я могу написать в личке: «Ну что ты, обиделся снова? Вспомнил о разнице в возрасте, скидке для малых сих?». Воспринимайте это как прозу, просто в рифму и без покрова, потому что твоя любимая не напишет подобный стих  - а вот это уже желчь, а вот это уже не надо, мало ли кто там что не напишет, из плоти и крови все. Я хочу доставать тебе бульбашки из советского лимонада, но живем мы с какой-то радости то на гречке, то на овсе, а все, конечно, то радуются, то пожимают плечами, одни говорят – вот балаболка, другие – вот гений мест, на площади Революции увешано кумачами, и гордость твоя скрипучая наверно тебя не съест, а я тут не могу купить «Остромова» - ищу, а нигде и нету, с копеечкой вот ребеночки на площади Revolucion, возьму и куплю билетик вот, нежданно к тебе приеду, а как же он оправдается, а как всех обманет он. Конечно, молчание – золото, не отвечай мне ни строчки, в обществе спектакля глупо акцентировать внимание на одном из, и перед этим .ru не забывайте точки, любят же ваши дочки сладенькое в сюрприз. Что я одна из самых лирических поэтесс, я теперь узнала, если тебе нравится, остальное мне всё равно, а если тебе не нравится и чувств неприглядных мало, и в море твои сокровища, укутанные в руно. Но мне теперь совсем всё равно, кто там любит кого сегодня, кто там кому пишет гадости, раз маменька не велит, иногородним общежитие, благость во всём Господня, иногородним почести и православный Лит. Можешь кого-то спасти, нанять их за пять копеек, сколько узкоколеек для маленькой Мэрилин, которая вышла за драматурга, и  клей на конверте клеек, и если ты ее любишь, по жизни ты тут один, а если ты ее не любишь, один всё равно, да что там, да все мы тут одни, с каких сторон ни крути, сулят иногда тут радости красным девицам и пилотам, но это ничем не склеено и рабица впереди. Я могла бы написать целый роман о нашей любви печальной, расписав реплики главных героев, и кто там кого избежал, и как мы тут пьем из фляжечки из-под полы да в чайной, за каждой щекой по корочке и в каждой руке кинжал, а если тебе хочется сладкого, сочного или густого, мы еще обязательно встретимся и об этом поговорим, и в каждом чужом палисаднике ищем себе Чужого, на каждой родимой Фроловской построили Третий Рим.

2011
© Ольга Брагина
Текст выверен и опубликован автором

Все права защищены, произведение охраняется Законом Украины „Об авторском праве и смежных правах”

Написать отзыв в книгу гостей автора


Опубликованные материали предназначены для популяризации жанра поэзии и авторской песни.
В случае возникновения Вашего желания копировать эти материалы из сервера „ПОЭЗИЯ И АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ УКРАИНЫ” с целью разнообразных видов дальнейшего тиражирования, публикаций либо публичного озвучивания аудиофайлов просьба НЕ ЗАБЫВАТЬ согласовывать все правовые и другие вопросы с авторами материалов. Правила вежливости и корректности предполагают также ссылки на источники, из которых берутся материалы.

Концепция Николай Кротенко Программирование Tebenko.com |  IT Martynuk.com
2003-2017 © Poezia.ORG

Яндекс цитирования
«Поэзия и авторская песня Украины» — Интернет-ресурс для тех, кто испытывает внутреннюю потребность в собственном духовном совершенствовании