укр       рус
Авторов: 399, произведений: 37729, mp3: 330  
Архивные разделы: АВТОРЫ (Персоналии) |  Даты |  Украиноязычный текстовый архив |  Русскоязычный текстовый архив |  Золотой поэтический фонд |  Аудиоархив АП (укр+рус) |  Золотой аудиофонд АП |  Дискография АП |  Книги поэтов |  Клубы АП Украины |  Литобъединения Украины |  Лит. газета ресурса
поиск
вход для авторов       логин:
пароль:  
О ресурсе poezia.org |  Новости редколлегии ресурса |  Общий архив новостей |  Новым авторам |  Редколлегия, контакты |  Нужно |  Благодарности за помощь и сотрудничество
Познавательные и разнообразные полезные разделы: Аналитика жанра |  Интересные ссылки |  Конкурсы, литпремии |  Фестивали АП и поэзии |  Литературная периодика |  Книга гостей ресурса |  Наиболее интересные проекты |  Афиша концертов (выступлений) |  Иронические картинки |  Кнопки (баннеры) ресурса

Опубликовано: 2010.10.09
Распечатать произведение

Ольга Брагина

***

Детские считалки – жених и невеста замесили тесто, раскаялся Робин-Бобер, который Бобин на самом деле, выплюнул сорок человек на соседский луг, а я не умерла в двадцать пять, поэтому ты не имеешь права мне говорить об изгибе рёбер, как будто жизнь – это нечто среднее, вялотекущий друг. Особенно нужно признать, что всё неудачно с лета, частный нотариус Рогов расследует запутанные дела, его помощница Ольга влюблена в него, глупо это, носит чай ему тайно в подсобку, а в мае уже родила для себя, потому что кому это нужно еще, никому не нужно, да и ей не нужно на самом деле, но это нужно скрывать, а любовь захватит со всех сторон и пробьет наружно, и прощаешь всех своих медвежат, обхватив кровать. Частному нотариусу Рогову не нужна помощница Ольга, он расследует дело о краже семейных пут, ну разве что съездить за город, если из центра – долго, хотя и спешить нам некуда – ведь правда же все умрут? А она приносит ему тоблерон и сайки, и прочую сдобу могла бы она приносить, если бы жила возле моста, но их не пускают к гробу – женщин без имени в розовом de lilas, так и толкутся в очереди у входа, вспоминают, как он взял за руку, покупали вместе «Мускат», и никто нас не встретит там, ну кому свобода, только ты всё равно ничему никогда не рад, говоришь, что она всегда приносила сайку и теплый “Earl Grey”, ни горяч, ни холоден – так, и за меру любви нам играть с тобой в угадайку, проиграть бесполезное олово на пятак, потому что ты не полюбишь меня, остальное нам неизвестно – Белка и Стрелка отправятся в космос, пятилетки окончат счет, а ты собираешь слова ошую и одесно, и олово подогретое в горло твое течет, а они вспоминают, как он взял за руку, потом писал между делом о том, что в нашем саду есть разное, всё и не перечесть, а ты заплатишь подкладкою и переспелым телом, и это такая хитрая иезуитски месть. Потом вспоминают считалки детские, всё в них зачтется сразу – жених и невеста с выпечкой и мишеньки на корню, и ты мне простишь подкожное как ветреность и проказу, и эти хожденья в пропасти как в лужи без жанра «ню». И всё нам не нужно, кажется, считалки как Божье море, просторное, мокро-синее, отделано запятой, и ты мне пришлешь без подписи ничейной души love story, корми черепашьим супчиком, как тот Ахиллес с пятой. Приваживать и отваживать, любить, как других любила, нестрашно и безболезненно, забыли давно без слов, а ты мне бросаешь катышки и пенку от клерасила, и я буду сердце радовать, как ночью густой улов, а мне ничего не нужно ведь, ну разве я что просила, любить вас тихонько можно ведь, ну кто же мне запретит, а все говорят, что сможется, страдание – это сила, а если еще рифмованно – совсем бесподобный вид. А вас мне любить затрапезно, запретно и запредельно, пока не уйдут последние, закроется общепит, а в окнах блестит подлунное, и кажется это Стрельна, и кто-то здесь ставит прочерки, и разным другим хитрит. А ты мне не пишешь нежное, не скрадываешь пробелы, сидишь и читаешь Плиния – история здесь в цене, а если бы мы повздорили до встречи, вот были б смелы, как пепел ложится заново на спину твою вдвойне, и все мы однажды встретимся и будем писать куплеты о том, что с утра газетное, а вечером – круглый стол, и больше меня не спросит никто наконец-то, где ты, и все понимают заживо, что очень король наш гол. И все понимают заживо, что если гореть, то ясно, иначе совсем напрасно, иначе наперечет, а ты тут стоишь на паперти изысканно и прекрасно, и Бог открывает садики, закрытые на учет. А ты мне не снишься далее по тексту, чего же боле, простили такое Оле и много еще простят, я буду писать размеренно о тяжкой нервозной доле, кормить размягченным мякишем колхозных твоих утят. А ты мне не снишься далее, но хочешь еще присниться, держать за запястье тонкое и щечки щипать во сне, как пишет какой-то Бекетов в своей неродной таблице, чужое повсюду пропито и дело идет к весне. И мы на природе встретимся и будем искать пингвина, который на самом деле пушист и не так уж глуп, а вместо того, чтоб встретиться, пишу я об этом, тина глотает по птичьим перышкам  и сердце скатилось в суп. А ты мне не снишься далее, и Плиний в углу пылится, и можно бы застрелиться, когда бы не моветон, никто не запомнил главного, пингвин ведь – совсем не птица, и письменность сонных прерий скрывает на коже он.

2010
© Ольга Брагина
Текст выверен и опубликован автором

Все права защищены, произведение охраняется Законом Украины „Об авторском праве и смежных правах”

Написать отзыв в книгу гостей автора


Опубликованные материали предназначены для популяризации жанра поэзии и авторской песни.
В случае возникновения Вашего желания копировать эти материалы из сервера „ПОЭЗИЯ И АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ УКРАИНЫ” с целью разнообразных видов дальнейшего тиражирования, публикаций либо публичного озвучивания аудиофайлов просьба НЕ ЗАБЫВАТЬ согласовывать все правовые и другие вопросы с авторами материалов. Правила вежливости и корректности предполагают также ссылки на источники, из которых берутся материалы.

Концепция Николай Кротенко Программирование Tebenko.com |  IT Martynuk.com
2003-2017 © Poezia.ORG

Яндекс цитирования
«Поэзия и авторская песня Украины» — Интернет-ресурс для тех, кто испытывает внутреннюю потребность в собственном духовном совершенствовании