Леонид Борозенцев*** И когда отзвучит городской романс
В исполнении тенора испитого,
Кто укроет, согреет, полюбит нас,
Для которых нет ничего святого,
Кроме первого и пустого
Существа безответного насквозь.
Е.ФАНАЙЛОВА
Отрекаясь от жёлтой бумаги и мелких уловок,
Мы по солнцу уходим в закат и янтарное жженье,
Мы пытаемся мыслей пустоты набить чем-то новым
Не испытанным ранее (может, опять отраженьем).
Мы рассеянно стелим под ноги пьянящую жижу
И уходим, ведь время не в силах держать одиноких,
В неприкаянность ветра, в разрыв горизонта, всё ближе
К нашей точке излома, где сны заменяют на строки.
Вот и крики чудовищ крылатых в немеркнущем свете,
Волхованье остывших сердец, что течёт к изголовью.
Это — сёстры печали, которых вблизи не заметишь.
Но вернёмся к бумаге!
…бумага забрызгана кровью. |
2000
ст. вошло в кн. "ЛИСТОПОЛЬ" © Леонид Борозенцев |
